сказочно упоротые;

Вот идешь ты по заснеженным московским дорогам, исплеванным бомжами и облюбованными бездомными собаками. И тебя чертовски тошнит. А сердце давит. Такое ощущение, что скоро оно переполнит грудную клетку, набухнет болью, и взорвется, забрызгав равнодушных наблюдателей одиночеством. Такое ощущение, что рядом со мной вечно находится какой-то призрачный спутник – который заставляет тебя вежливо улыбаться, когда требуется, с кем-то поздороваться, удачно пошутить. Он смотрит на тебя снисходительно, как на новую игрушку, которой довольно интересно манипулировать. И ведь никто и никогда не пойдет за ней на мороз, разыскивать ее безразличную ко всему персону среди серого месива российской зимы. Она старается не реветь, как раненая белуга, ведь красиво плачут только счастливые люди. Которые понимают, почему они плачут. Но это отнюдь не ты. Ты начинаешь всхлипывать все громче и громче, а к горлу подкатывает омерзительный ком соплей и слез, чего-то горького, а еще недавно съеденной жвачки. От тебя никак не разит алкоголем, как от несчастных героинь роскошных глянцевых романов, тело не пахнет ментолом и шоколадом, а в ресницах не застыли слезы. Ты, утирая покрасневший нос варежкой, стараешься подавить истеричный вой, и тушь грязными тропами опускается ко рту. Еще начинается глупый кашель и насморк, и вот уже твой лирический образ растворился в среде реальности. И ты ни-ко-му не нужна. Ты просто вежливо ненадолго гостишь в жизнях других людей, и, извиняясь за причиненное беспокойство, покидаешь их. А они, с якобы понимающими ухмылочками машут цветастыми платочками тебе вслед, продумывая, с кем они проведут следующий день. А ты та, кто не умеет позитивно мыслить. Та, кто постоянно загружается, беспокоится, не причинила ли она кому неудобства, тихонько плачет над своими же постами, влажными пальцами набивая текст. Ты готова весь мир прижать к груди, если потребуется, но твое общество никому не нужно. Как бы ты ни пыталась наладить со всеми конфликты, в минуту отчаяния они не побегут плакаться к тебе. Да и ты сочтешь это неудобным и бестактным. Легче рассмешить остальных своими странностями, продолжить гнобить себя. Ты не можешь полюбить себя. Ты не умеешь любить окружающих. В собственной семье ты приемыш, несчастный, маленький комочек, на котором все, кому не лень, постоянно отрываются. Ведь можно совершить ошибку самому, более того, осознать ее, но вину свалить на тебя. И ты, проглатывая обиды, вежливо мямлишь ответ. А потом бежишь плакаться безликому монитору. Своих лучших подруг ты не видела недели три. Свою «вторую семью» - где-то около года. А своих дачных подруг с колясок ты навряд ли увидишь до наступления лета. Классно. Скоро наступает новый год, ты запаслась подарками и праздничным настроением, а теперь все это испарилось вмиг. Этим сраным постом.

А потом ты умерла. Ты обрела свой истинный покой, тебе никто не мешает, и ты не нарушаешь ничей покой. Ты умерла бесшумно, никто об этом даже не узнал. Пара формальных фраз о сочувствии, бессмысленная клоунада, называемая сочувствием, и вот снова каждый живет своей жизнью. А сегодня сбылось твое главное желание на новый год

Ты сдохла.

С новым годом!


@темы: /меморииз/